Опрос

Что вы ожидаете от библиотеки в первую очередь:



Яндекс.Метрика

Календарь

Московское время:

Мероприятия на месяц

"Поклонимся великим тем годам"





"Веб-ландия!"

Медведская Антонина Бернардовна

МЕДВЕДСКАЯ АНТОНИНА БЕРНАРДОВНА родилась 17 сентября 1915 года в Белоруссии. О своем детстве поведала она позднее в рассказах «Улетели гуси-лебеди», «Хлебный шарик», «Баня», «Красные Шунейки» и других. Жизнь её уже тогда была драматичной. Так, в рассказе «Улетели гуси-лебеди», Антонина – маленькая шестилетняя девочка, которую родители отдали в наймы к соседу Тялоху – пасти всё лето стаю его любимых гусей. Всех до единого сбережёт Тоня, за что и получит её семья мешок жита, четыре аршина бумазеи на платье и старую гусыню с перерезанным горлом. Девочке грустно оттого, что сохранила она гусей для их же верной погибели. А вот в «Хлебном шарике» А. Медведская рассказала о поре детства как самой счастливой и беззаботной. Главные герои здесь: младшие братишки – Саша и Лёня, старший – Антошка и двоюродная сестра Юлька. Спустя годы Антонине удастся встретиться с Юлькой – Юлией Саввишной. Вместе они вспомнят Антошку, Лёню и Сашу, погибших во время войны…
Антонина Медведская закончила Республиканское художественное училище, два курса литературного факультета Белорусского университета.
В годы Великой Отечественной войны оказалась на оккупированной территории, побывала в фашистских лагерях (в Германии и Франции). О страшном пути, пройденном с честью и достоинством самой Антониной Бернардовной и ее семьёй, рассказала она позднее в повести «Неисповедимы дороги наши». Вернулась на Родину, и вновь лагерь – фильтрационный.
После войны жила в Минске, в Абакане, работала художником-оформителем в Минском театре оперетты, в мастерских Художественного фонда, потом журналистом. Сотрудничала с газетами, радио, телевидением.
С 1966 года Антонина Бернардовна живёт в Вологде, ставшей ей вторым родным городом. Работала в редакциях газет «Вологодский лесник», «Красный Север», редактировала газету «Вологодская неделя». По заданию редакции она побывала во многих уголках Вологодчины. И при этом не только писала яркие, запоминающиеся особым углом зрения автора статьи, но и находила время для литературного труда.
В 1985 году в Архангельске вышла ее первая книга «Дарёнки», предназначенная для дошкольников. В ней писательница воссоздает основные элементы крестьянского быта (дом и баню, лес и родник, луг и поле), дает идеальный вариант взаимоотношений человека и природы. Книжка учит маленького читателя любви к родной земле и людям, добру, справедливости, трудолюбию.
Сборник рассказов «Босиком по снегу» увидел свет в 1988 году уже в Вологде. Он написан для младших школьников. Повествует не только о светлых сторонах сельской жизни, но и о её сложности и противоречивости. Время действия рассказов А. Б. Медведской различно: это и первые годы Советской власти, и Великая Отечественная война, и современность. Но все рассказы, вошедшие в сборник, объединены общей темой: они повествуют о жизни детей, ровесников сегодняшних маленьких читателей.
В 1992 году в альманахе «Сполохи» вышла новая повесть А. Медведской «Незабудки», в которой описывается время с 1924 по 1933 гг. Эта чрезвычайно сложная эпоха дана через биографию главной героини. Рассказ от первого лица способствует глубокому проникновению во внутренний мир девочки, которая оценивает исторические процессы «изнутри». Для неё свойственна фольклорная интерпретация реальных событий. Это вполне естественно. Её детство прошло в деревне, отрочество – в рабочем поселке, где жили, в основном, бывшие крестьяне. В повести звучат частушки и песни, пословицы и поговорки, передаются семейные предания и «слухи».
Потом было еще несколько книг, и в 1998 году Медведскую приняли в столичный Союз писателей.
За автобиографическую книгу «Неисповедимы дороги наши», а также за повесть «Жила-была Агафья» Антонина Бернардовна была удостоена диплома I степени на Всероссийском конкурсе журналистских произведений «Женщины России на службе Отечеству», прошедшем в 2001-2002 годах.
В 2010 году появляется книга «Чудеса в решете» - издание, приуроченное к 95-летию Антонины Медведской. В него вошли стихи для детей. Ярко и образно написаны её книги для юных читателей. Она сама оформляла эти произведения, считала, что для детей надо писать, как для взрослых, только ещё лучше. Антонина Бернардовна с удовольствием встречалась с ребятишками, всегда находила с ними общий язык. И до последних дней работала над детскими произведениями.
А. Б. Медведская – художник и писатель. В Вологде была открыта её выставка живописных работ.
Но главный труд А. Медведской – автобиографический роман «Тихие омуты», вышедший в 2005 году в Москве. Эта книга о женщине и войне. О жизни. Война в её жизнь ворвалась так же, как и в судьбы миллионов советских людей. Вместе с мужем, актёром театра оперетты, и двухлетней дочерью она была на гастролях в Бресте. Вечером давали «Сильву». Спектакль закончился близко к полуночи. Пришли домой, легли спать. А через несколько часов на сонный город с предрассветного неба обрушились первые бомбы. «Было не просто страшно, - вспоминает Антонина Бернардовна, - был шок, оцепенение. Сергей бросился искать военный билет с паспортом. Я закутала дочку в вязаный шерстяной платок, натянула на неё рейтузы. Стала собирать пожитки, а муж побежал в военкомат. Мы остались его ждать. 20 минут показались вечностью. Какие только мысли не пронеслись за это время в голове! Наконец, Сергей вбегает в комнату - и взрыв. Бомба попала в хозяйскую половину дома. В нашей комнатушке вырвало окно, потолок осел, на нас посыпалась труха. Но уже через какое-то мгновение с необъяснимой ловкостью мы выскочили в оконный проём и, прижимаясь к стенам домов, побежали к шоссе, ведущему в Минск. Всюду - следы бомбёжки. На улицах замерли разбитые «козлики». Они дымились и горели вместе с пассажирами. Трупы на тротуарах, на битом стекле. Миновали город. Смотрим - сарайчики. У одного из них лежит в крови знакомая женщина. Я её перевернула - живая. Оказала первую медицинскую помощь, и вместе с мужем мы отнесли Тасю к шоссе. По нему хоть и редко, но всё-таки проносились машины. Мы отчаянно махали руками, кричали, показывали на раненую, пока одна машина не остановилась». А потом вместе с другими беженцами пробирались в Москву. Каким-то чудом добрались до Можайска. Здесь людей покормили, дали умыться, отдохнуть, а ночью погрузили в эшелон. Привезли в Пензу. Почти месяц они прожили в этом городе. Собрали денег на билет и отправились к родственникам в Пятигорск. В это же время туда приехал театр Ленсовета, возглавлял который в ту пору Сергей Радлов. Мужа приняли на работу в театр, дали временную бронь. А Антонина Бернардовна устроилась в госпиталь санитаркой. Хотелось оказывать посильную помощь людям. «Постепенно я привыкала, - говорит женщина, - к тяжёлым ранениям солдат, к увечьям, стонам от невыносимой боли. К крови и гною, к прыгающим вшам и удушающему запаху хлорки. А вот привыкнуть к обугленным болью лицам и глазам никак не могла. Плакала. В каждом искалеченном солдате чудились мои родные братья...». Скоро Пятигорск взяли немцы. Через два дня после оккупации на стенах домов появились устрашающие приказы: всем коммунистам, комиссарам, комсомольцам, евреям, вновь прибывшим в город срочно явиться по адресу... За неисполнение приказа - расстрел. Судьбу театра немцы решили быстро. Погрузили в товарный вагон и погнали в Запорожье - играть спектакли до особого распоряжения. А через некоторое время - другой приказ: театр отправить в Берлин. Все понимали, что поездка эта добром не кончится, что наступают чёрные дни. Нет никакой надежды выжить и уцелеть. Сталин уничтожал и гноил в лагерях всех, кто попадал к немцам. Но выхода не было. Начался длинный и мучительный путь в никуда. Наглухо закрытый товарный вагон. Голодные люди, лишённые пищи и воды. И встреча с Германией, и первые услышанные на чужбине слова - «Русишешвайн» (русские свиньи). Только к вечеру в фургоне для перевозки скота их увезли в большой заброшенный дом. Театр разбили на группы. К каждой прикрепили прибалтийского немца, владевшего русским языком, и приказали за колючей проволокой играть для соотечественников. Вначале это были немецкие лагеря. Каким потрясающим событием становилась для советских военнопленных с нашивками на робах «ost» и выколотыми лагерными номерами встреча с театром, с русскими артистами из Ленинграда! После спектакля, особенно - «Без вины виноватые» Островского, зрители рвались на подмостки, обнимали артистов, целовали их и быстро-быстро рассказывали про родные деревни и города, где остались их близкие. Потом каким-то чудом Сергей Радлов добился отправки театральных групп во Францию. Он их пополнил, доукомплектовал попавшими в лагеря артистами из других городов и театров. А проще - спас от верной гибели. Перед отъездом труппу предупредили: «Детей оставить в Берлине». «Для себя, - вспоминает Антонина Бернардовна, - я даже такого представить не могла. С Ликой я не расставалась ни на минуту. Девочка мужественно переносила бомбёжки, голод, ночёвки где попало. Ей было только четыре года, но Лика вела себя, как мудрая старушка. Как могла, я умоляла и уговаривала нашего Рудольфа. И он сдался. Правда, предупредил, что если при проверке обнаружат девочку, её скинут с поезда и отправят в неизвестность... Состав тронулся в путь, я замаскировала ребёнка под подушечку. Опустила голову на этот живой комочек. Когда проверка кончилась, дочка выкарабкалась из-под тряпья и громко спросила: «Мама, уже можно не заумирать?» Все с облегчением рассмеялись... А потом была Франция. Город Доль. Лагерь для военнопленных. Артистам строго-настрого запрещалось общаться с пленными. В полусотне метров от двери караулки, рядом с которой размещались две комнатки артистов, протекал ручей. В нём артистам разрешалось умываться и стирать бельё. Кстати, в какой-то степени благодаря этому ручью и удалось вырваться из плена. Мысль о побеге возникла давно. Но во Франции сделать это было гораздо проще. Здесь действовали отряды французского Сопротивления, маки. Но как их найти, никто не знал. И вот однажды, когда Рудольф разрешил сходить в город за яблоками и молоком ребёнку, она рискнула. Подошла к двум мужчинам в чёрных беретах и, с трудом подбирая слова, она знала не больше дюжины, - объяснила, что ищет русского эмигранта. Ей показали на дом через улицу, на подъезде которого висела медная пластинка «Серж Колесникофф». Они проговорили больше двух часов, и Колесников, бывший кубанский казак, согласился помочь. Как выяснилось позднее, благодаря ему спаслись 40 человек. На следующий день к Колесникову они пришли уже втроём. Сергей Иванович тут же приступил к чертежу плана маршрута к маки с очень подробным описанием и названием всех главных пунктов направления. Потребовал, чтобы артисты всё запомнили и точно запечатлели в своей памяти. А потом сжёг этот план у них на глазах. Однако ситуация в лагере очень скоро изменилась. Артистов никуда не выпускали. Только к ручью - умыться и постирать. Более того, немецкое командование потребовало возвращения театра в Германию. Надо было что-то срочно предпринимать, и они решились. Трудно представить, как волновались они перед побегом. Продумывали всё до мелочей... Первыми пошли Антонина Бернардовна с дочерью. Якобы за продуктами. Спустились к ручью. Затем Николай Жуковец постирал рубашку и быстренько перемахнул через ручей. А потом и её муж. «Я стояла на обочине шоссе, - вспоминает Медведская, - и наблюдала, как прошёл Николай, затем Сергей... Мы вскарабкались на полотно шоссе и медленно побрели в нужном направлении. В то, что нас ожидала свобода и новая жизнь, верилось с трудом». Беглецы добрались до деревни. Зашли перекусить и сказали хозяйке заведения, что они русские, что убежали из лагеря и теперь ищут партизан. А поздно вечером появилась машина отряда французского Сопротивления. Беглецов усадили и увезли в неизвестном направлении. Поселили в пустующей сторожке железнодорожного обходчика. Помогли устроиться. А утром они получили первое задание. После высадки американского десанта на Нормандское побережье немецкие войска стали поспешно покидать Францию. Из партизанской деревни в город стал ходить автобус, и Антонина Бернардовна решила проведать Сергея Колесникова. Он рассказал, что после их побега из лагеря всё гестапо поставили на ноги. Обшаривали заброшенные сараи, нежилые дома, да так никого и не нашли. Сергей Иванович предложил молодой художнице остаться во Франции. Первые три месяцы поработать в его мастерской, а потом открыть собственное дело. Но решиться на такой шаг она не смогла. А потом было возвращение домой. В Москве их поместили в проверочно-фильтрационный лагерь. Бараки, обнесённые колючей проволокой... Поздно вечером к каждому приезжал следователь. «Беседы» длились до утра. По много раз люди рассказывали одно и то же. В подробностях описывали всё, что произошло с ними с начала войны. Надежда, что когда-нибудь всё это кончится, умирала. Все ждали новостей и боялись их. А следователи всё кого-то вызывали, что-то уточняли и только далеко за полночь покидали лагерь. Наконец прозвучали долгожданные слова: «Можете ехать куда хотите. В любой город, кроме Москвы, Ленинграда и Киева». Медведские выбрали Минск, а потом по приглашению Якова Фёдоровича Нусса перебрались в Вологду. «Тихие омуты» - произведение, иллюстрированное самим автором, - благодарная память много испытавшего человека о людях и событиях прошлого, но никуда не ушедшего от нас времени. «Это был мой век да еще кусок большой жизни, - пишет Медведская в своей книге. – Это была моя эпоха со всеми бедами и напастями, со всем дурноправием в верхах и сатанинским, варварским и самым что ни на есть нарочитым истреблением народа, самого трудового, кормильца всех, кто жил в нашей необъятной империи – Союзе. Я была свидетелем этого действа, написала об этом в своей книге. Это моя жизнь, моя судьба».
Антонина Медведская ушла из жизни на 97-м году в августе 2012 года.

Книги для детей:
Медведская А. Б. Босиком по снегу : рассказы /Антонина Медведская. – Архангельск : Сев. - Зап. кн. изд., 1988. – 112 с.
Медведская А. Б. Дарёнки /Антонина Медведская ; рисунки Р. Климова. – Архангельск : Сев. – Зап. кн. изд., 1985. – 76 с. : ил.
Медведская А. Б. Незабудки / Антонина Медведская // Сполохи. – Архангельск : Сев. - Зап. кн. изд., 1992.
Медведская А. Б. Неисповедимы дороги наши… : повести и рассказы /Антонина Медведская ; рис. авт. – Вологда, 2000. – 295 с. : ил.
Медведская А. Б. Чудеса в решете : стихи для детей / Антонина Медведская ; рис. автора. – Вологда : ООО ПФ «Полиграф – Книга», 2010. – 115 с. : цв. ил.

Библиография:
Армеева В.И. Медведская Антонина Бернардовна (1915-2012) / В.И. Армеева, И.А. Армеева, Т.Н. Малышева // Писатели-вологжане: материалы о жизни и творчестве : метод. пос./ В.И. Армеева, И.А. Армеева, Т.Н. Малышева. – Изд. 2-е, испр. и доп. – Вологда : [б.и], 2011. – С.33.
Медведская А. Б. Эхо : как аукнется, так и откликнется… : [книга откликов на творчество А. Медведской] / Антонина Медведская. – Вологда : Полиграф – Периодика, 2011. – 48 с.
***
Архангельская И. Сильная духом / И. Архангельская // Красный Север. Четверг. – 2010. – 15 апреля (№ 40). – С. 25.
Крайнева Н. Всё оказалось одолимо! / Н. Крайнева // Красный Север. Вторник. – 2010. – 19 окт. (№ 117). – С. 20.
О творчестве Антонины Медведской.
Смирнова В. С юбилеем, Антонина Бернардовна! / В. Смирнова // Красный Север. Суббота. – 2010. – 18 сент. (№ 104). – С. 40.
Виговская – Расова Ю. Полёт над омутом / Ю. Виговская – Расова // Русский Север. Пятница. – 2009. – 22 апреля (№ 15). – С. 24.
В центральной библиотеке Вологды прошла презентация книги писательницы, журналистки и художницы Антонины Медведской.
Веселова Н. Змогайтесь! / Н. Веселова // Русский Север. Пятница. - 2008. – 7 мая. – С. 16.
Маленькая В. Мой век / В. Маленькая // Вологодские новости. – 2008. – 25 июня – 1 июля (№ 25). – С. 15 – 18.
Несколько фактов биографии художника и писателя Антонины Медведской. Помещены отрывки из книги «Тихие омуты».
Серова Н. Антонина Медведская – человек октября / Н. Серова // Вологодская неделя. – 2005. – 1 декабря.
Юшкова Е. Русская «француженка» / Е. Юшкова // Русский Север. – 2002. - № 14 (3-9 апр.).



Аринин Владимир Иванович

Багров Сергей Петрович

Балакшин Роберт Александрович

Гогулина Татьяна Васильевна

Ермаков Дмитрий Анатольевич

Леднев Юрий Макарович

Маркелов Леонид Васильевич

Матвеев Николай Иванович

Павлов Константин Алексеевич

Петухов Анатолий Васильевич

Полуянов Иван Дмитриевич

Щекина Галина Александровна